ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ТЕОРИЯ ПРАКТИКА РАЗНОЕ КОНТАКТЫ

Бахрейн

Самостоятельное путешествие в Бахрейн позволило мне осмотреть достопримечательности Манамы, оценить, как живут богатые арабы, увидеть дворец эмира и небоскрёбы, выяснить стоит ли делать покупки в Бахрейне; чтобы узнать побольше, читайте отчёт из Манамы

 

Первое, что меня поразило на бахрейнской земле, так это неописуемое бесстыдство женщин. Ну то есть местные дамочки, похоже, потеряли всякий стыд и запросто ходили практически голыми, не скрывая самых сокровенных мест своего тела и даже более того, выставляя их на всеобщее обозрение! Натуральный разврат!

 

Я хочу сказать, что подобная фривольность меня сперва шокировала: проведя почти две недели в Иране, я довольно сильно пропитался тамошним духом и привык к совсем другой форме одежды слабого пола – скрывающий волосы платок является там обязательной частью гардероба, и даже туристки обязаны эту формальность соблюдать. Здесь же мало того, что женщины ходили с непокрытой головой, так они ещё и носили ЮБКИ! Да-да, довольно короткие юбки, и у кое-кого даже видны были колени! Я ж говорю – натуральный разврат царит в этом Бахрейне!

 

В общем, после Ирана, где девушку с распущенными волосами встретить можно с такой же вероятностью, как динозавра, Бахрейн казался агентом влияния Запада; это тоже был Ближний Восток, но Ближний Восток совсем другого рода…

 

Думаю, с точки зрения ревнителей иранской морали запроливные соседи кажутся осквернителями истинной веры, позволяющими себе слишком много демократии. То у них девушки машины водят, то пикники в парках устраивают, то, понимаете ли, стюардессами работают. А ведь и правда: те, кто летают рейсами «Emirates», наверняка обратили внимание, что большинство обслуживающего персонала составляют азиатки и европейки. С «Gulf air» картина другая, и хотя на борту мелькала среди затянутых в униформу бортпроводниц типично славянская физиономия, остальные, как мне показалось, представляли ближневосточные страны. Ближневосточные страны представляло и большинство пассажиров на рейсе из Шираза в Бахрейн, я там был единственным европейцем…

 

 

Надо сказать, что острой потребности в посещении Бахрейна я, в общем, не испытывал, и понесло меня на арабщину хитросплетение авиатарифов: лететь по маршруту Москва-Стамбул-Тегеран с продолжением Манама-Стамбул-Москва было дешевле, чем возвращаться из иранской столицы, куда ещё пришлось бы добираться из Шираза – стало быть, тратить деньги на перелёт или же терять целый день на переезде автобусом/поездом. Словом, когда мне на глаза попался вариант с переброской на «Gulf air» из Шираза в Манаму, я недрогнувшей рукой отдал 160 долларов и погрузился в подготовку поездки по Ирану – это дело представлялось мне более важным, нежели два дня пребывания в Бахрейне.

 

Отвлечься от погружения в будущие иранские приключения мне пришлось лишь однажды, когда потребовалось оформить бахрейнскую визу. Теоретически, получить разрешение на въезд можно и непосредственно на границе, но я предпочёл пройти все формальности заранее и очень правильно, кстати, сделал, потому что при регистрации на рейс в аэропорту Шираза с меня потребовали предъявить визу Бахрейна, и, не исключено, худо бы мне было, если бы я не предъявил визовую распечатку…

 

Стало быть, поскольку операции получения электронной визы занимают считанные минуты, рекомендую ознакомиться с той инструкцией, что я составил для желающих последовать моему примеру и увидеть, как живут богатые арабы – на бедных я сполна насмотрелся в Сирии с Иорданией…

 

С другой стороны, следует признать, что первые этапы знакомства с жизнью Бахрейна меня как-то не впечатлили; я, например, искренне ждал чего-то этакого от хвалёного арабского авиасервиса и был не на шутку разочарован, когда не обнаружил на борту ни восточной роскоши, ни гурий, ни хотя бы изысканных блюд – пассажирам раздали бортпаёк из сока и бутерброда, чем и ограничились…

 

Как выяснилось далее, богатая арабская страна не сильно отличается по менталитету от бедной, и если в ОАЭ всё же обстановка цивилизованна, то Бахрейну ещё за этим уровнем тянуться и тянуться…

 

Взять хотя бы такую примету первого мира, как общественный транспорт в аэропорт. Эмиратовцы всё же додумались провести к дубайскому терминалу метро, пусть оно и не ходит в ночное время. Бахрейнцы же ничем подобным не озаботились, и сотрудники службы информации аэропорта Манамы сообщили мне, что иначе чем на такси добраться до города невозможно; автобусов из аэропорта, дескать, нет в природе…

 

В то же время "Lonely planet", мной уважаемый и всегда тщательно изучаемый, говорил строго обратное, и чётко называл номер маршрута до центра – «1». Спрашивается, кто в данном случае оказался прав?!

 

Правы оказались все участники заочной дискуссии: автобус из аэропорта Манамы и впрямь отсутствует, но добраться до города общественным транспортом всё-таки можно: - «единичка» проезжает МИМО терминала, однако остановки рядом с ним не делает!..

 

Лично для меня осталось непонятным, что мешает распорядиться чуть-чуть изменить маршрут следования автобуса, дабы прибывающие могли спокойно воспользоваться этим способом недорого доехать до столицы Бахрейна?! Не иначе как мафия таксистов тут замешана…

 

Таксисты, к слову, оказались теми ещё жуликами, и общение с одним из них стало, так сказать, следующей чёрной полоской в этой неоднозначной поездке. Я-то расслабился после честного и культурного Ирана, совсем забыв, что нынче за окном вовсе не Персия, а очень даже Аравийский полуостров…

 

Хорошо, что до конфликта с таксистом я столкнулся с белой полоской, когда очередь к пограничнику вдруг рассосалась в мгновенье ока. Мне-то подумалось, что раз вместе с нами сел ещё один борт, сейчас начнётся обычный арабский бардак, но дела пошли на лад после того как выяснилось, что большинство прибывших рассчитывали получить визу по прибытии, вот за визой их и отправили – сперва таким «умникам» надо отстоять очередь в кассу для обмена валюты, так как оплату визового сбора принимают исключительно в бахрейнских динарах, потом их ждёт следующая очередь, уже на оплату этого собора, и только много позже они смогут добраться до погранконтроля. Так что мне с моей распечаткой потребовалось меньше минуты, чтобы получить штамп о въезде: электронная виза Бахрейна оказалась как нельзя кстати. Облачённый в форму араб за стойкой мигом забил в компьютер её номер, спросил, где я собираюсь жить и окинув орлиным взором бронирование с «Booking.com», шлёпнул печатью мой паспорт. Дело сладилось…

 

По итогам всей катавасии я настоятельно советую перед тем как выбирать, какую очередь к пограничникам предпочесть, прикинуть, кто стоит впереди, солидные люди или всякая бэкпекерская шелупонь. Если перед вами балбесы, смело пристраивайтесь к ним, невзирая на их количество, ибо всю эту компанию зараз отправят оформлять «visa on arrival», а вы, таким образом, окажетесь у вожделенного окошечка…

 

Теперь мне предстояло добраться до Манамы, столицы Бахрейна – она хоть и не так далеко от аэропорта, всё же воздушная гавань находится на острове Мухаррак, формально в другом городе. Дойти пешком до исторического центра, в принципе, реально, но на подобный поход уйдёт порядка полутора часов, и к тому же днём, когда страны Персидского залива выжигает страшная жара, лучше воспользоваться транспортом. Я изначально собирался совершить переезд, однако некоторое время колебался, что выбрать. С одной стороны, на автобус из аэропорта Бахрейна требовалось потратить меньше доллара, с другой, у меня на руках было достаточно денег, чтобы оплатить стоимость такси. Я ведь уже успел поменять 50 долларов сразу после прилёта, и получил на руки 18.750 динар; отмечу, что стоит внимательно вникнуть в особенности бахрейнской денежной системы, так как, во-первых, динары Бахрейна делятся на 1000 филсов, а не на 100, и, во-вторых, местные обменные пункты часто берут комиссию, причём порой она указывается где-то в углу объявления маленьким шрифтом. Непосредственно в Манаме обменять валюту можно и без дополнительных поборов, если знать места, а в аэропорту от этой порочной практики никуда не денешься: какую контору ни возьми, «Travelex», который выбрал я, или что-то другое, всё равно какой-то процент с путешественника непременно сдерут.

 

Путеводитель по Бахрейну сообщал, что цена такси из аэропорта Манамы до центра не должна превышать двух с половиной, максимум трёх динар; изучив плакаты, развешанные возле автостоянки, я выяснил, что в выходные тариф немного выше, и всё равно, я укладывался не более чем в 4 монеты.

 

Ха-ха, надо было вспомнить путешествие по Ближнему Востоку, а конкретно Иорданию, и усечь, что жуликами следует считать всех встреченных арабов до той поры, пока конкретно этот встреченный не докажет обратное. Я-то поначалу недооценил местное население и полагал, будто относительный достаток заставляет его вести себя нормально, и отношение к туристам в Бахрейне достойное. Ан нет, арабское жульё оказалась и в богатой стране арабским жульём. Первый же встреченный мной абориген попытался меня надуть. Я, значит, сел в очередное подъехавшее такси, чей водитель немедленно заявил на корявом английском что-то вроде: «Как же тебе повезло, дорогой гость, что именно теперь ты вышел из терминала – как раз подошла моя очередь везти пассажира, а все вокруг знают, что отсюда и до священной Мекки нет более толкового и знающего город как свои пять пальцев шофёра, чем я». Произнеся эти слова, водила попросил у меня ваучер гостиницы, где был указан адрес, и отправился к приятелям советоваться, как проехать в нужный район. Такой финт меня малость покоробил, но это были всего лишь цветочки: ягодки ждали впереди. Араб поступил, как он думал, очень хитро, включив счётчик так, чтобы он некоторое время не работал. Я с изумлением смотрел, как старательно дядька валяет дурака, якобы пытаясь привезти аппарат в чувство: он и хлопал его, и что-то переключал, и ругался, однако не забывал хитро улыбаться в умы и поглядывать на меня в зеркало заднего вида, выясняя, производит ли впечатление его спектакль. Как и следовало ожидать, счётчик «заработал» лишь на въезде в город и пошёл бодро отсчитывать километро-филсы сразу с пятёрки, то есть по прибытии оказалось, что с меня причитается аж 7 динар. Тут я всё же воскресил в памяти ближневосточные приключения и далее последовала не очень красивая сцена препирательство, по итогам которой мы сошлись на пяти монетах. Таксист плюнул мне под ноги и уехал с надеждой всё же отыскать лоха, я же плюнул ему вслед и вошёл в вестибюль гостиницы «Orient Palace».

 

 

Отель мне достался неплохой, пусть и далёкий от совершенства. К слову, он, как и все другие места, где можно переночевать в Манаме, берёт денег так, словно и в самом деле является дворцом. Как следствие, за 55 долларов постояльцам предоставляются потёртые номера с покоцанной мебелью и весьма ненавязчивый сервис в исполнении компании индусов. Плюсами я счёл центральное расположение «Паласа», наличие балкона, с которого открывался вид на небоскрёбы Бахрейна и добротно работавший кондиционер. Отрегулировав температуру, я рухнул на огромную кровать и выключился, успев только проверить, что показывают по ТВ. Оказалось, ни один из ста каналов смотреть невозможно: ничего европейского мне отыскать не удалось, арабщину я по понятным причинам исключил, а остальные две трети вещания составляла Индия с её безумными плясками - сплошь «Шита и Крыта», про которую есть прекрасный анекдот, мол, если в первой серии индийского фильма на стене висит ружьё, значит, во второй оно непременно будет петь и танцевать.

 

Завтрак числился как шведский стол, и приди я не в 9, а, скажем, на час раньше, глядишь, мне бы и обломилось еды. А так на столах имелось совсем немного морковки, огурцов и помидоров, плюс масло и джем, да свежей булки сколько угодно. Хорошо, что разрешалось заказать у официант порционно либо омлет, либо фуль. Арабское блюдо было мне знакомом по Ближнему Востоку и я, конечно, предпочёл отведать европейской кухни, запив его персиковым соком. Короче говоря, наесться до отвала мне не удалось, но так как я и не рассчитывал зарядиться энергией сразу на целый день, то и не остался разочарованным.

 

По условия брони я мог сдать номер не в полдень, когда обычно бывает расчётный час в гостиницах, а позже, так что имело смысл разбить экскурсию по Манаме надвое: погулять утром, переждать жару в кондиционированной прохладе и затем пойти смотреть оставшиеся достопримечательности Бахрейна. На самом деле, перерыв не понадобился, ибо весна на Аравийском полуострове вполне сносна, и даже в разгар солнечного дня особо незачем прятаться в тень.

 

Моё знакомство со столицей крохотного королевства началось с прогулки по району старых домов с плотной застройкой. Уже с первых шагов стало ясно, что самое маленькое арабское государство живёт куда лучше большинства больших. По крайней мере, магазины, где можно купить золото и драгоценности в этой части Манамы встречались на каждом шагу. Хорош оказался и популярный торговый центр «Yateem», рядом с которым находится «Orient Palace» - комплекс блистал отделкой и продукцией ювелирных бутиков. Но шоппинг в Бахрейне меня на тот момент не очень привлекал, куда важнее было осмотреть достопримечательности Манамы, и я поспешил к набережной, сделав, впрочем остановку на Goverment Avenue, где лучше всего менять валюту. Как уже было сказано, в аэропорту это сделать можно, но по выгодным условиям, куда более интересный курс бахрейнского динара выставляют те обменные пункты, что находятся в районе Souk. Их держат главным образом ланкийцы или индусы, для которых валюта является всего лишь побочным бизнесом, основной доход им приносит переправка на родину денег соплеменников-гастарбайтеров. Поэтому обменники Манамы обычно набиты мелкими азиатами из разных стран; даже если бы я не знал, кто именно приезжает в Бахрейн на работу, то надписи «Перевод в Манилу за 1 динар» или «Звонки в Катманду по 20 филсов за минуту» сразу просветили бы меня на сей счёт. Значит, не следует долго раздумывать, надо ли стоять в очереди за филиппинцами или пакистанцами, следует просто засветить свою белую физиономию перед работником избранного финучреждения, и он попросит пройти прямо к окошечку.

 

Пополнив запас бахрейнских денег, несколько уменьшившийся после поездки с жуликом-таксистом, я воспрял духом и мог начать осматривать достопримечательности Манамы с гордо поднятой головой – как определённо лучше разглядывать окрестности.

 

Первой моей жертвой на этом поприще стали «Ворота Бахрейна», скромное белое здание, обозначающее границу между современной частью города и районом старого рынка с его лабиринтом узких улочек. Рассматривая постройку, не следует обманываться её названием: возвели ворота, конечно, не местные, это работа британцев. В 1940 году колонизаторы озаботились достойным размещением своей администрации, а когда власть у них забрали туземцы, то сохранили традиции: ныне дом занимают бюрократы, трудящиеся на Туристический департамент Бахрейна, туризм, так сказать, развивают…

 

 

Старые кварталы Манамы я решил оставить на вечер, пока же меня влёк морской фасад столицы, который официально называется King Faisal Korniche. Короткий переход привёл меня к набережной, однако, вопреки ожиданиям, поглазеть на красивые виды Персидского залива мне не удалось: вдоль побережья полным ходом шли работы по застройки намывной территории. Растущие небоскрёбы нового района "Reef Island" напомнили мне порочную практику питерских строителей, которые регулярно предлагали переехать на Васильевский остров в дома «с видом на залив», а после того как наивные клиенты раскупали квартиры, между их владениями и берегом возводился ёщё один ряд зданий, тоже с видом на залив, затем процесс опять повторялся.

 

Стоит отметить, что масштабные строительные работы – своеобразная визитная карточка королевства. Крохотное государства старается максимально диверсифицировать экономику и быстрыми темпами развивает различные отрасли. Многие ли в курсе, что туризм в Бахрейне достиг за последнее десятилетие невиданных высот, и по количеству приезжающих на всё Ближнем Востоке впереди лишь курортный Египет. Население Бахрейна составляет чуть больше миллиона человек, в то время как страну ежегодно посещает вчетверо больше народа. Туристы, соответственно, приносят солидный доход, и местное правительство, похоже, старается их привлекать. Важным PR-ходом, например, стало построенная недавно трасса гонок «Формулы-1», и нынче её этап в Бахрейне пользуется огромной популярностью.

 

А ведь как скромно всё начиналось: государство, состоящее из трёх десятков островов, чья общая площадь не превышает 750 квадратных километров, долго жило в настоящей нищете: если 83 процента территории составляет остров Аль Бахрейн, на котором почти нет пригодной для сельского хозяйства земли, то рассчитывать на процветание довольно сложно. Племена, обосновавшиеся на краю Аравийского полуострова, сумели кое-как решить задачу выживания, наладив добычу жемчуга. В начале XX века бахрейнцы высылали в море около 2000 лодок с ловцами, и, если верить  статистике того времени, из 1210000 реалов государственного дохода торговля жемчугом приносила 1120000. Соответственно не приходится удивляться появлению в центре столицы такой достопримечательности Манамы, как монумент Жемчужине, вознесённой на футуристическую конструкцию.

 

Продолжая прогулку дальше по набережной за Pearl Square, можно выйти на мост короля Фатха, дающий возможность без труда добраться из Бахрейна в Саудовскую Аравию. Переправа стала важным компонентом ближневосточной транспортной инфраструктуры, и, как только она открылась, не одна и не две автобусные компании Бахрейна и СА сразу организовали доставку авиапассажиров. Теперь можно даже непосредственно после выхода из самолёта заказать в аэропорту Манамы лимузин и чесать на нём с комфортом прямиком к саудовцам. А ведь одно время оба участника строительства колебались, надо ли его затевать: бахрейнцы опасались, что их довольно-таки вольная жизнь будет подмята консервативными соседами, те же в свою очередь переживали о разлагающем влиянии западной цивилизации, способном проникнуть через малейшие лазейки. Но всё как-то обошлось, и те, и другие остались при своём…

 

 

Наслаждаясь солнышком и морским ветром на манамской набережной, я чуть не налетел на каких-то замызганных бедолаг, укладывавших плитку на полотно пешеходного моста. Как и следовало ожидать, под ноги мне попались вовсе не арабы, а выходцы с Индостанского полуострова. Было бы, ей-ей, странно увидеть местных за работой: согласно официальным данным, примерно две трети мест в промышленности, сфере обслуживания и других отраслях занимают приезжие из азиатских стран. Помнится, заинтересовавшись вопросом, почему поток гастарбайтеров огромен, но эмиграция в Бахрейн невозможно, я выяснил, как королевство умудряется совмещать одно с другим. Это наши бестолочи только и знаю, что привечать мигрантов, заявляя, будто экономики без них не выжить. Между тем, правильно было бы взять за основу арабский опыт: всех «понаехавших» держат в общежитиях, занимающих окраины Манамы, и оттуда целенаправленно возят на объекты и обратно. Во-вторых, иноземным работягам нереально получить паспорт Бахрейна - с какой, собственно стати их привечать, если они приехали на заработки?! Коли хочешь подзаработать, давай, действуй, но потом выметайся восвояси! В-третьих, бахрейнцам и в голову не приходит разрешать пришлым вывозить с родины семьи целыми аулами, и, к тому же, срок пребывания в стране чётко ограничен контрактом. Зачем королевству содержать детей мигрантов, оказывать им медицинскую помощь, вообще проявлять какую-то заботу? Пусть те сами о себе думают… Наконец, в-четвёртых, любое вяканье правительства, чьи граждане заняты в экономике Бахрейна, незамедлительно вызывает массовую высылку этих граждан. Довольно разумный подход, не правда ли? Давайте помечтаем: выступил Таджикистан с инициативой запрета русских фамилий? Получите 100 тысяч человек обратно, и каждому в руки бумагу с указанием, кто виновен в депортации. Выступил картофельный диктатор с поклёпом на Россию? Изволь, дружок, забрать 200 тысяч своих соплеменников и сам их корми. Короче говоря, отношение к мигрантам в Бахрейне должно служить примером того, как надо пользоваться во благо себе чужими рабочими руками, однако не становиться кормовой базой для приезжих.

 

К слову, я убеждён, что если бы некие рабочие, нанятые, допустим, дворниками, не выполняли бы своих прямых обязанностей или трудились бы спустя рукава, то долго в стране они не задержались бы; это у нас при полчищах таджиков, оккупировавших ЖЭКи, с улиц не исчезают пыль, грязь и снег – сезоны меняются, а пинать по заднице дармоедов никто не удосуживается. Думаю, не будет лишним добавить, что каждый мигрант, который собрался добраться до Бахрейна, сначала вносит в его казну залог, достаточный для покупки обратного авиабилета, так что при необходимости королевским чиновникам не приходится изыскивать средства на депортацию, благодаря чему процедура происходит в высшей степени оперативно.

 

Вот бы у кого поучиться!..

 

Стоит, впрочем, отметить и кое-какие недостатки системы: хоть рабочих рук вроде бы много, встречаются, тем не менее, оазисы, долженствующие быть зелёными, а на деле уставленные пыльными, грязными пальмами. Складывается ощущение, будто арабы не знали толком, на что можно потратить нефтедоллары и заказали пейзаж «як в Явропе». Наёмный люд, значит, приказы выполнил, деревья вдоль набережной высадил, но никто хозяевам жизни, видать, не сообщил, что за приморской зеленью следует ухаживать. Вот и стоят бедные растения без присмотра, ждут, пока кто-нибудь отдаст команду их почистить да полить…

 

Поделюсь, пожалуй, ещё одной зарисовкой на местную тему. Я успел осмотреть всего две достопримечательности Манамы, а уже смог составить представление о том, как ведут себя арабы в быту. Не то, чтобы для меня это было тайной - путешествие в Ливан, Иорданию и Сирию оставило в моей памяти далеко у меня далеко не радужные воспоминания – но от богатых людей я ожидал большего. На деле оказалось, что бахрейнцы без зазрения совести швыряют бумажки и окурки где попало, плюются как верблюды и считают в порядке вещей опустошить пепельницу машины прямо на проезжую часть. Стиль вождения, кстати, почти у всех аховый: взять машину напрокат в Бахрейне, наверное, можно, благо трафик небольшой, однако лично я всё время испытывал бы за рулём стресс, ибо арабы гоняют как умалишённые, не обращая внимания на знаки и разметку; при мне за целый день экскурсии по Манаме авто притормозили перед «зеброй» лишь пару раз.

 

Короче говоря, мешков денег недостаточно, чтобы обзавестись культурой…

 

С другой стороны, нельзя отрицать, что состоятельные арабские страны очень, очень стараются купить побольше культуры. В этом факте я убедился, навестив музеи Бахрейна. Их я приберёг на полуденное время, когда солнца всерьёз раскочегарилось, и настал момент посетить укрытые от него места, такие, как Национальный музей и Музей Корана. Последний стало можно посмотреть в Бахрейне в 1990 году, после того как центр исследований священной для всех мусульман книги открылся для публики. Музейные коллекции насчитывают великое множество изданий Корана, включая редкие рукописные. Но вообще-то, осмотр, по сути, одного и того же – занятие на любителя. Куда интереснее сходить в Национальный музей Бахрейна, даром что он платный. Денег, надо признать, от меня потребовали немного, и, отдав всего 500 филсов, я проник в просторные, хорошо охлаждаемые кондиционерами залы.

 

Сразу скажу, что от изучения экспозиции у меня остались двоякие впечатления. Если поставить на одну чашу весов культурные богатства Бахрейна, а на другую Лувр, Эрмитаж или хотя бы музей Бардо в Тунисе, то сравнение будет не в пользу маленького королевства. Однако усилия, приложенные местными специалистами, заслуживают добрых слов, и кое-где мне даже понравилось. Взять, к примеру, раздел античности, где имеется карта походов армии и флота Александра Македонского. Сопроводительные надписи на всём серьёзе утверждают, мол, великий полководец во время знаменитого похода на Восток, открыл Аравийский полуостров, и тут же приписывают ему основание Бахрейна. Без сомнения, весьма почётно возводить свой род к столь уважаемому человеку, но всё же совесть надо иметь! Ведь учёные совершенно точно выяснили, что хоть корабли Александра Великого и бороздили Персидский залив, нынешнее население не имеет к грекам или македонянам ни малейшего отношения. По-моему, только подданные Бахрейна не в курсе, что островное королевство появилось как таковое в начале XIX века, после того как одно из арабских племён бежало из своих земель к побережью. Почувствовав себя в безопасности, пришельцы разделились: семейство Аль Сабах поселилось западнее, там, где теперь расположен Кувейт, род Аль Халифа выбрал местом жительства небольшие острова. Их уже успели освоить выходцы из Персии, но с их сопротивлением было быстро покончено, и новоявленные эмиры принялись укреплять свою власть. Им так понравилась островная жизнь, что они даже забросили владения на континенте, которые потом прибрала Саудовская Аравия.

 

Дальнейшая история Бахрейна буквально пестрит хитрыми ходами эмиров, изворотливо лавировавших между интересами различных держав. Например, послы с предложением союза были отправлены одновременно и персам, и враждовавшим с ними туркам. И хотя первые ответили быстрее, Блистательная Порта предложила Бахрейну более выгодные условия договора, и эмир незамедлительно поменял ориентацию. Как говорится, верность араба нельзя купить, её можно только арендовать…

 

Само собой, история Бахрейна включает период британского владычества: подданные огромной империи долго творили на Ближнем Востоке всё, что хотели, и преспокойно объявили свой протекторат над крохотной страной. Во внутренние дела королевства англичане активно вмешивались вплоть до 1971 года, когда была провозглашена независимость Бахрейна. Однако, долго идти с гордо поднятой головой у суверенных монархов не получилось – уже вскоре им пришлось найти себе новых покровителей, теперь заокеанских. С той поры здоровенный кусок территории страны занимает американская военная база…

 

Понятно, что о подобных нюансах Национальный музей Бахрейна молчит как партизан. Зато огромный зал посвящён такой вроде бы незначительной проблеме, как легенда про остров мёртвых. Ведущие умы государства упорно доказывают, что подобного рода слухи распространяют всякие злодеи, мол, если холм Калат-аль-Бахрейн и кишит захоронениями, то это ничего. Вроде как, если 85 тысяч обнаруженных могил накопились за 1000 лет, то в среднем на каждый год приходится совсем немного мертвецов. Для пущей убедительности в середине выставочного пространства даже устроен макет раскопок в самую что ни на есть натуральную величину, с черепами и костями.

 

Ещё мне запомнился отдел этнографии, где воспроизводился ритуал подготовки к арабской свадьбе. Пояснения, предусмотрительно сделанные в дополнение к вязи на английском языке, сообщали, что во время действа обязанность невесты - сидеть неподвижно с зажмуренными глазами и никак не реагировать, пока родственницы жениха будут её ощупывать и обсуждать стати.

 

 

Богатая свадебная одежда арабов и выразительность созданной с помощью манекенов сцены пришлись мне по душе, как и обстановка соседнего зала. Там была тщательно воспроизведена атмосфера местной деревни. Окружённый глухими стенами двор заполняет разная живность, в углу сидят седобородые старики, курится очаг, словом, жизнь как она есть на Ближнем Востоке. А в следующем зале нашлась почти настоящая торговая улица и могу заверить, что весь положенный такому месту колорит налицо, разве что нет звуковых эффектов – оформлявшим посещение сотрудника определённо есть на чем работать.

 

Обойдя весь Национальный музей Бахрейна, я в качестве бесплатного бонуса посетил очень занятную временную выставку, привезённую саудитами. Её организаторы решили возить экспонаты по региону, напоминая в рамках ближневосточного турне, кто в доме хозяин: перед входом в оформленный пурпурной материей зал красовался флаг Саудовской Аравии. Сидевший у входа представительный араб вёл учёт посетителей и предложил мне сделать вписать своё имя в амбарную книгу. Узнав, что очередной гость королевства прибыл из России, дядька уважительно произнёс нечто вроде: «Добро пожаловать, забравшийся так далеко чужестранец!» Его несколько неуместный пафос объяснялся тем, что за его спиной находились многочисленные фотографии короля Саудовской Аравии. Под конец визита у меня даже в глазах зарябило от усатой рожи в куфие, запечатлённой, кажется, во всех видах и позах. То монарх прогуливается под ручку с Насером, то обнимает марокканского шаха, то беседует с иорданскими военными, словом, наш пострел везде прострел. Плюс ещё в отдельном закутке крутилось кино, живописавшее подвиги правителя, который оказался одновременно и смелым реформатором, и надёжным консерватором традиций, и вдохновителем образования, и, конечно, создателем могущественной армии. Последнее утверждение меня просто добило: да уж, армия Саудовской Аравии вышла хоть куда… Глядя на кадры хроники, я всё прикидывал, где бы сейчас находилось самая большая страна Ближнего Востока, кабы не нефть. Думаю, саудиты пребывали, как и большинство арабов, в нищете, коррупции и глупости, как страшно нелюбимая мной Иордания…

 

Чем мне категорически не понравился Национальный музей Бахрейна, так это собранной в левом крыле мазнёй, выдаваемой за авангардную живопись. Особенно меня поразило размалёванное жёлтым полотно, перечёркнутое наискось синими полосами. Так что на свежий воздух я выбрался из довольно интересной достопримечательности Манамы с явственным чувством тошноты.

 

Хорошо, что ветер с залива быстро привёл мой организм в чувство, и, забирая влево, я быстро вышел на Fatih Haighway. Путеводитель по Бахрейну убеждал меня, будто вдоль шоссе есть пляж, однако ничего похожего на таковой не обнаружилось. То есть узенькая полоска песка имеется, прибрежные скалы тоже в наличии, десяток пальм отыскать можно, но местность для отдыха в нормальном смысле никак не приспособлена. Иначе говоря, пляжи в Манаме отсутствуют, ради загорания-купания надо ехать за город.

 

Чем всё же интересна береговая полоса, так это возможностью прогуливаться вдоль Персидского залива. В округе есть кафе, где можно недорого поесть, и места, отведённые для пикников. Думаю, когда на полную мощность заработает «Marina Garden», то его водные горки будут востребованы, не говоря уже про дельфинарий Бахрейна, и район просто расцветёт. Я малость причастился отдыха в центре Манамы, и могу сказать, что сидеть на скамеечке под пальмой мне понравилось. Заодно удалось пронаблюдать несколько сценок из местной жизни. Сначала мне попалась на глаза сидевшая под деревом тётка – вся замотанная в чёрное, но с ноутбуком на коленях, этакий конгломерат современности и средневековья. А потом у меня случилось дежа вю: вроде бы бредущего мимо бородатого бэкпекера я уже видел. Пришлось напрячь память: мы с ними столкнулись возле набережной короля Фейзала и потом ещё раз на входе в музей Бахрейна; видать, парень осматривал достопримечательности Манамы примерно по тому же маршруту, что и я, только в куда более бодром темпе и без остановок.

 

Шёл он, к слову, явно со той стороны, где находится Большая мечеть, названная в честь короля Фатиха; это ещё одно место из тех, что можно посмотреть в Бахрейне. Наиболее крупное культовое здание страны, способное вместить 7000 человек, стоит на отшибе, но это даже к лучшему: скажем, в старом районе соседние дома скрадывали размеры громадной постройки, а посреди пустыря она предстаёт перед зрителями во всём великолепии.

 

Реши я двигаться дальше на юг, можно было бы пройти через новые кварталы столицы и помыть сапоги в Индийском океане, но я всё же предпочёл свернуть с набережной к западу и по Bani Otbah Avenue добраться до эмирского дворца. Мне казалось, что он должен быть оформлен в стиле «Тысячи и одной ночи», однако комплекс никак не резиденцию восточного монарха не походил; гладкие стены и узкие окна, более всего напоминающие бойницы, смотрелись как казарма или многократно увеличенный блокпост. Неприятные ощущение дополняли окружающий территорию здоровенный забор и заполненные охранниками КПП. Не исключено, что внутри дворца короля Бахрейна царит редкая роскошь, но снаружи он просто ужасен.

 

 

До следующей достопримечательности Манамы оказалось идти совсем недалече, уже вскорости проспект Bani Otbah закончился и начался старый дворец эмиров. Он выглядит куда лучше нового, правда, не так надёжно защищён, как тот, да и стена пожиже, всего лишь ажурная оградка вместо бетонного забора. Зато охрана не в пример бдительнее: если новую резиденцию я сумел заснять, то теперь мою попытку пресекли стражи порядка. Я, конечно, сделал вид, будто понимаю ситуацию, но всё же один кадр успел сделать.

 

Вмешательство королевских подручных, похоже, испортило мне карму, так как следующие 10 минут я никак не мог стронуться с места: ни одна из проезжавших по дороге новёхоньких машин, в основном японских, не желала притормозить у перехода или хотя бы сбавить скорость. А так как круговую развязку арабы не снабдили светофором, я уж начал опасаться, что мне придётся заночевать под забором у монарха – найти в потоке транспорта щёлку и улизнуть с перекрёстка удалось с большим трудом.

 

Далее, улица Shaikh Isa вывела меня опять к набережной, откуда я намеревался полюбоваться закатом. Увы, хоть карта Манамы и не наврала, выбранная точка не давала мне осуществить задуманное: недавно построенные кварталы Bahrein Bay перекрыли вид на запад практически полностью. Пожалуй, единственным подходящим местом, откуда видно закатное солнце, остались окрестности аэропорта Мухаррак, но добраться туда та ещё задача…

 

В раздумьях, что делать дальше, я опустился на одну из расставленных вдоль прибрежной полосы скамеек и решил подкрепиться бутербродами, когда на соседнем газоне появился совершенно несчастный и частично ободранный котяра. У меня сразу кусок застрял в горле, и я решил порадовать бедолагу кусочком вкуснятины. К моему несказанному удивлению, усатый-полосатый так отскочил от сыра, словно ему бросили питбуля. Уж не знаю, как действительно относятся к кошкам в Бахрейне, однако данному экземпляру явно как-то не везло в жизни, что странно – по идее, лишь собака для арабов харам…

 

Самообладание вернулось к зверюге очень нескоро, и даже чётко установив, что я не представляю опасности, кот далеко не сразу приступил к трапезе; не иначе, возносил молитву своим богам за удачу. Всё-таки, жизнь на Ближнем Востоке не сахар…

 

К тому времени, когда я закончил трапезу и привёл в порядок дневные записи, на улицах стали загораться фонари, а вместе с ними раскочегарилась подсветка небоскрёбов Бахрейна. Идти смотреть какие-либо ещё достопримечательности Манамы не было смысла, и я предпочёл заняться покупками, благо базарный район, представляющий собой настоящий океан шмоток и золота, находился совсем рядом. Как оказалось, большую часть торговых точек составляют мелкие лавочки и магазинчики, но крупные торговые центры в центре Манамы тоже присутствуют. Про «Yateem» я уже упоминал, могу также дать лестную характеристику комплексу «Marina Mall». Он состоит из нескольких корпусов, в которых разместились секции электроники, одежды, обуви, ювелирных изделий и даже дамского белья. Цены там, как и везде, высокие, и пусть я нашёл внутри супермаркет, где можно купить продукты, за литровую упаковку сока мне пришлось отдать около динара, сиречь почти 3 доллара. Вообще, выгодность шоппинга в Бахрейне показалась мне сильно преувеличенной: в золоте я, правда, не разбираюсь, зато понимаю толк в аппаратуре, и на меня китайщина, представлена марками типа «Tosibah» подействовала угнетающе; иначе говоря, купить в Манаме электронику и привезти её домой можно, но, по-моему, овчинка не стоит выделки. В любом случае, ни сногсшибательных цен, ни объявлений про потрясающие скидки я как-то не обнаружил.

 

Вернувшись на столичные улицы, я обнаружил, что после заката атмосфера почти не изменилась: город пока не успел отдать накопленный за день жар. Зато начала расцветать ночная жизнь Бахрейна, и на улицах стали попадаться европейские лица; не иначе, покинули свои офисы освободившиеся от дневных хлопот бизнесмены с дипломатами. Местного люда также стало ощутимо больше, на прогулку вывалились целые семьи. Напротив, гастарбайтеры покидали центр города, их как раз по окончании смены организованно грузили в автобусы и отправляли в общаги, разбросанные по окраинам. Благодаря такому подходу, улицы Манамы безопасны даже ночью, в чём я убедился лично, пока слонялся по округе, прежде чем добраться до аэропорта Мухаррак.

 

 

Там-то, между прочим, меня ожидала главная неприятность всего путешествия по Ближнему Востоку без турфирм: известие про перенос рейса «Turkish Airlines» мигом испортило мне настроение. Я ведь много переживал, как сложится поездка в Иран, и проблема, как попасть в Бахрейн меня всерьёз беспокоила, а беда пришла, откуда не ждали. Будь у меня стыковка в Стамбуле сразу до Петербурга, я бы не дёргался, но сначала мне следовало попасть в Москву, и перспектива из-за задержки упустить рейс оттуда домой здорово действовала на нервы. Подуспокоился я только после клятвенных заверений пузатого араба, представлявшего перевозчика о том, что времени для пересадки будет достаточно. Правда, мою просьбу сменить аэропорт прилёта прямо на «Пулково» почтенный муж, использовав восточную деликатность, проигнорировал.

 

Справедливости ради скажу, что обязанности авиакомпании при переносе рейса были соблюдены. Нас, летевших до Стамбула, покормили бортрационом, на что с завистью взирала от соседнего гейта разношёрстная публика, чей рейс в Катманду также оказался отложен. То, что местные проигнорировал нужды непальцев, меня ничуть не удивило: общество Бахрейна насчитывает пять градаций, от элиты в виде членов клана аль-Халифа до полупрезираемых шиитов, но гастарбайтеры существуют вне категорий, и за людей их, по сути, не считают. Белые, правда, тоже лишены статуса в иерархии, но они идут как бы отдельно и числятся ближе к верху списка. Поэтому отношение к европейцам в Бахрейне почти всегда уважительное. "Вот бы ещё по старой, времён протектората памяти, арабы выдали приглашение в бизнес-ложу аэропорта Манамы," - думал я, дремля в кресле, однако это была всего лишь мечта.

 

Жаль, конечно, что самостоятельное путешествие по странам Западной Азии завершилось ложкой дёгтя, но всё прошло куда лучше, чем я ожидал. Красоты Ирана меня так и вообще пленили, мне думалось, там царит жёсткая теократия. Ну и Бахрейн меня в целом порадовал, в отличие от богом проклятой Иордании…

Посмотреть фото Бахрейна...

Отправиться в Стамбул...

 Вернуться на главную страницу... 

Рейтинг@Mail.ru