ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ТЕОРИЯ ПРАКТИКА РАЗНОЕ КОНТАКТЫ

Иордания

Предприняв самостоятельное путешествие по Ближнему Востоку, я смог получить визу Иордании, выяснить, где лучше ночевать в Аммане, добраться до Джераша, посмотреть античные достопримечательности; чтобы узнать как можно больше, читайте рассказ о поездке в Джераш

 

Хашемитское королевство Иордания, как официально называется третья страна нашего путешествия по Ближнему Востоку самостоятельно, встречало гостей приветственным плакатом, до боли в глазах схожим с расположенным на северной стороне границы сирийским; их как будто рисовал один и тот же художник, взявший за основу шаблон: две усатые физиономии, одна постарше, другая молодая и знамя на заднем фоне, причём тоже похожий – цвета те же, флаг Иордании отличается от сирийского только наличием белой звезды. Разнилось только облачение: семейство Асадов обычно фигурирует на портретах в цивильных костюмах, его соседи-короли предпочитают щеголять военными мундирами.

 

Не наблюдалось и существенных различий в образе действий подданных монархии и граждан республики: что те, что эти старались устроить обычный бардак. Будь на их месте европейцы, можно было бы достичь куда более значительных успехов, но арабы есть арабы, и раз работать они не любят, то и бардак у них выходит как бы сам собой. Например, проверка вещей на границу Иордании и Сирии заняла секунд тридцать, мы куда дольше ждали, когда таможенник заинтересуется прибывшими в автобусе пассажирами, которым было велено разложить на столах весь наличный багаж. Естественно, подошедший усач ничего подозрительного в чемоданах и рюкзаках не обнаружил: ему бы слазить в салон, по которому наши попутчики старательно распихали контрабандные сигареты и прочее добро, но ради осмотра пришлось бы пройти целых полсотни метров, а на такие излишние трудозатраты араба уже не хватило. К слову, нам, двум европейцам, он вообще не уделил никакого внимания, видимо досмотр туристов при въезде в Иорданию не практикуется.

 

Слегка ободренные таким оборотом событий, мы несколько расслабились и, честно говоря, понадеялись, что Иордания является оазисом порядка по сравнению с Ливаном и Сирией, где нам пришлось хлебнуть лиха. Опять же, уважаемый нами на тот момент путеводитель по Ближнему Востоку «Lonely Planet» утверждал, будто отношение к туристам в Иордании исключительно благожелательное, и, мол, страна полна «потрясающе дружелюбных» и «потрясающе гостеприимных» людей. Как выглядит иорданское гостеприимство, нам суждено было узнать очень скоро, при оформлении въезда. Гражданам России нужна виза Иордании, которую, в принципе, запросто можно получить на границе, вот только «запросто» у нас как-то не вышло.

 

 

Совершив обмен валюты на границе, мы заполучили нужные для оформления визы при въезде в Иорданию местные динары и, отслюнив нужное их количество, сунули вместе с паспортами в окошечко под вывеской «Visa». Сунуть сунули, но никто их не принял, потому что пограничник куда-то слинял. Спустя 10 минут он соизволил явиться и, ничуть не смутившись накопившейся очереди иностранцев, взялся с проворством умирающей черепахи вклеивать визовые марки. Кое-как пережив процедуру, мы забрали документы и возрадовались, ибо оставалось получить лишь въездные штампы – сущая формальность, как нам думалось.

 

Естественно, араб, обязанный орудовать штемпелем, бродил где-то по своим делам. Нам все вопросы, куда он делся, его коллеги лишь пожимали плечами и отбрехивались: «Уан минет, плиз». Да уж, минет, и не «уан» они все заслужили, особенно в свете дельнейшего. Как говорится, не буди лихо, пока оно тихо: вместо того, чтобы чинно проштамповать визовые марки, явившийся пред наши очи чиновник покинул стойку вместе с документами.

 

Следующие минут двадцать мы протирали пластиковые сиденья, наблюдая, как бестолково суетится чиновник. Он то совался в кабинеты начальства, то заламывал руки, то советовался с другими пограничниками, тогда как те в меру своих сил придавали действию динамичности. Наконец, из глубины офиса прибыл седовласый пузан, взявшийся разбирать наше «сложное» дело. И пошло-поехало: «Куда вы направляетесь? – В Иорданию, разве не понятно. – А потом? – Потом в Египет. - Ага, сколько дней вам нужно провести в Иордании? – Шесть. – М-да… - У нас есть бронирование отеля. – Отель? Это ещё что такое?! Я не понимаю, о чём вы говорите! – Мы заказали гостиницы в Аммане и Петре! – Петре? Где это?! – Б…! – Ладно, с этим разберёмся позже. Скажите, кем вы работаете? – Программистом. – Назовите ваше вероисповедание. – Христианин. – М-да. Хулды-мулды-булды, - это он уже подчинённому, - разрешается пребывание в Иордании сроком 1 месяц».

 

В чём заключалась, по мнению иорданцев, проблема, так и осталось неясным. Сказано же во всех документах, что граждане России могут получить визу Иордании на границе, уплатив определённую сумму в динарах. Может, нас сочли за агентов сионистско-хомейнистской военщины? Не смейтесь, ибо этот уникальной по несуразности термин активно использовала в своё время пропаганда ныне покойного Саддама Хусейна.

 

Ладно, раз виза Иордании была у каждого из нас в кармане, точнее, в паспорте, но тот всё равно в кармане, мы решили плюнуть на неприятные воспоминания - в конце концов, впереди вроде как простиралась «потрясающе гостеприимная» страна, а что в семье не без урода, так это бог с ним. Опять-таки, автобус из Дамаска в Амман не уехал, как порой бывает, и честно дождался, пока все пассажиры завершат процедуру въезда – тоже плюс.

 

Примерно через час мы въехали в центр иорданской столицы. Привезли нас, по арабской традиции, не совсем на автовокзал Абдали, а куда-то рядом с ним. Я-то, готовя самостоятельное путешествие по Ближнему Востоку, специально заказал отель «Beirut» возле автостанции, как всем известного места и хорошего ориентира, и вот, нате вам, куда идти, неизвестно. На вопрос, как добраться до «караж Абдали», водитель ничтоже сумняшеся посоветовал взять такси. Такси были тут как тут, а их водители уже хватали за руки выходивших на улицу людей и пытались тащить их к своим машинам, приговаривая: «Вери чеп, вери чеп». Брат на всякий случай поинтересовался, сколько стоит проезд на такси в Аммане, и выяснил, что с нас хотят два динара, то есть примерно вчетверо больше, чем следует. Я тем временем сориентировался и выяснил, что до нужного места, где нам выпало ночевать в Аммане, идти примерно километр.

 

Через 10 минут прогулка по разбитому асфальту вывела нас к фасаду гостиницы «Jerusalem». Обоснованно подозревая, что нужный «Бейрут» находится где-то неподалёку от "Иерусалима". Следовало всё же навести справки: если путеводитель по Ближнему Востоку утверждал, будто местные жители отличаются редкой гостеприимностью и дружелюбием, то, рассудил я, помощь придёт быстро. Однако, иорданцы, якобы изнывающие от желания пособить туристам, весьма умело скрывали это. Один хрен, правда, соизволил принять участие в нашей судьбе и даже заявил, что, мол, знает все гостиницы и достопримечательности Аммана как свои пять пальцев. Попыхивая сигареткой, араб «гнул пальцы», пока ему не напомнили, что мы ищем конкретную гостиницу. Тогда иорданец принялся звонить по мобильнику своим корешкам, пытаясь выяснить, есть ли такой объект в округе. Я тем временем успел отыскать нужное здание, и через пару минут мы вошли в вестибюль отеля. Нам предстояло переночевать в Аммане три раза, и, таким образом, сделать самую длительную остановку всей поездки.

 

Первые впечатления от девятиэтажной постройки оказались скверными: на огромном фасаде горели всего три окна, словно в фильме про зомби-апокалипсис, а внутри царила такая жуткая холодрыга, что только покойников содержать. Больше всего гостиница «Beirut» походила на разорившуюся аристократку - вроде как её воспоминания о красивой жизни никуда не делись, но золотые деньки уже давным-давно позади. Неприятные ощущения дополнялись гулкой пустотой: пустовали три лифта, рассчитанные на два десятка человек каждый, пустовал громаднейший ресторан, пустовал вестибюль, пустовала парикмахерская. Однако, персонал как-то не казался пришибленным отсутствием клиентов; швейцар так и вообще выглядел довольным, благо отрываться от стула ему приходилось от силы раз-другой за час.

 

Попав внутрь, я сразу отдал портье ваучер и взялся изучать, сколько стоит проживание. Выяснилось, что за комнату на двоих следует отдать 70 динар, плюс надо уплатить налог и завтрак, если захочется подкрепиться – итого, не воспользуйся мы спецпредложением в 43 доллара, нам пришлось бы отдать больше 110 долларов за ночь. Я знал, что цены на гостиницы Аммана завышены, отчего и оплатил бронь заранее, так что теперь оставалось лишь поблагодарить самого себя за прозорливость. Тем большим было моё удивление, когда портье, пожевав губами, оторвал взгляд от ваучера и спросил, как мы собираемся платить, наличными или банковской картой. Я аж дар речи потерял, а когда его вновь обрёл, то поинтересовался, с какой стати с нас требуют деньги, если в бумаге чётко сказано «prepaid rate». Непохоже, чтоб ответ пришёлся иорданцу по вкусу, но спорить он не решился и, пожевав губами ещё немного, подозвал белл-боя, чтобы сунуть ему ключ. Юноша с трудом взвалил на себя наши рюкзаки, и через пару минут мы оказались возле комнаты на шестом этаже.

 

Обычно я, как и большинство людей, поощряю нелёгкую деятельность коридорных, если они несли багаж и помогали «осваивать» номер. Здесь я сперва хотел дать провожатому чаевые, потом передумал, а ещё позже готов был их всё-таки дать, дабы отделаться от парня. Иорданец в основном болтался под ногами и мешал: дверь ему удалось открыть лишь с восьмой попытки, свет он вообще не смог включить, так как не додумался вставить в нужное гнездо карточку-ключ, его старания включить телевизор завершились неудачей, так как в ПДУ следовало заправить батарейки по-другому, и так далее. По итогам пребывания у нас сложилось чёткое впечатление, что весь персонал впервые встал на трудовую вахту в гостинице, став жертвой эксперимента по смычке деревни и города. Значит, пока настоящий портье доит верблюдов, селянин, подменяющий его, пугливо таращится из-за стойки на гостей страны, и оттого любой вопрос, побуждающий бедолагу что-то сказать или предпринять, вызывает у него настоящий ужас…

 

С мрачной действительностью нас отчасти примирила обстановка: номер нам достался вполне опрятный, с телевизором, показывающим спутниковые каналы, и приличной ванной. Горячая вода шла без перебоев, а когда брат добрался до вестибюля и, блестяще проведя переговоры, выбил для нас обогреватель, жизнь в Иордании показалась нам сносной.

 

Завтрак тоже порадовал: пусть «шведский стол» и не отличался разнообразием, всё же можно было слопать омлет, овощной салат и котлетки, плюс блюда арабской кухни, как-то хумус и фалафель. Первый приём пищи нам отравила холодина, но потом мы взяли за моду спускаться вниз в свитерах, так что устроенный персоналом ледник нас более не волновал.

 

Пока в отеле царил холод, на улице можно было запросто позабыть, что зима едва закончилась: солнце жарило вовсю, и мы даже обгорели, когда предприняли экскурсию из Аммана в Джераш (или Джараш, как звучит название городка по-арабски).

 

Как уже говорилось, гостиница «Beirut» стал нашим пристанищем не случайно, вокзал Абдали от неё недалеко, что позволяло нам (в теории) без труда попасть куда захочется. Хотелось нам много куда добраться, и в Джераш, и на Мёртвое море, и в Мадану съездить, только наши желания, увы, не совпали с возможностями.

 

 

Первая вылазка, впрочем, удалась. Возжелав увидеть достопримечательности Джераша, хорошо сохранившегося с античных времён городка, мы выяснили, как туда ехать, и спустя пять минут сидели в потрёпанном автобусе, заплатив один динар на двоих. Поездка длилась не так уж долго, но получилась изматывающей, потому что через динамики салона беспрерывно лились арабские мелодии. Интересно, как выбирают лучшие песни судьи какого-нибудь арабовидения, если всё композиции выдержаны примерно одинаково, а других слов, окромя «хабиби», в них нет вообще. Я не шучу: за час поездки нам не удалось разобрать что-либо ещё, помимо бесконечных: «Хабиби-би-би, хабиби, хабиби-би-би-би-би».

 

Высадив всех наличных туристов, как то нас двоих и компанию немцев неподалёку от древних руин, автобус укатил куда-то дальше, а мы поспешили ко входу в зону археологических раскопок. Там немчура купила билеты и миновала контроль, нам же пришлось отложить экскурсию по Джерашу: впопыхах я забыл перед отъездом наменять побольше валюты. Само собой, возможности оплатить банковской карточкой в кассе не было; с безналичными расчётами на Ближнем Востоке полная беда, да и банкоматы в той же Иордании встречаются не так, чтобы на каждом шагу, тем более что, как объяснил дядька-кассир, в пятницу, когда у мусульман священный день отдыха, банки всё равно закрыты, как и в субботу, которая как раз стояла на дворе. Подумав, араб присовокупил, что поменять валюту можно у торговцев сувенирами, которые работают невзирая ни на что, правда, там обмен пойдёт по «священному» курсу.

 

Лоточники обобрали нас, если так можно выразиться, приемлемо, потеря составила несколько процентов, зато мы смогли оплатить билеты и начать изучать достопримечательности Джераша. Выходило, что первым делом следовало поспешить на ипподром, где ежедневно в 11 утра можно посмотреть показательные выступления гладиаторов и гонки на колесницах. Отмечу, что реконструкторы Иордании постарались воссоздать доспехи, оружие и амуницию римских времён очень дотошно, по крайней мере мы, внимательно изучив все детали, не нашли крупных изъянов. Другое дело, что наблюдать нам пришлось не с трибун, как большинству туристов, а с близлежащего пригорка. Мы-то по наивности полагали, что раз с нас взяли по 10 динар, сколько стоит билет в Джераш, то и беспокоиться более не о чем, и были изумлены, когда арабы потребовали доплатить ещё столько же за просмотр представления. Можно, конечно, было бы и раскошелиться, но тогда пришлось бы опять идти на поклон к торговцам через всю зону раскопок, снова выслушивать бред насчёт «священного» курса в священный день, топать обратно в гору, словом, проделывать массу ненужных телодвижений. Как говорится, лень – двигатель прогресса: мы никуда не пошли и доллары на иорданские фунты пока менять не стали, а обошли ристалище с фланга, и заняли позицию под сенью деревьев на взгорке. Оттуда нам всё было слышно и видно, арабам же, караулившим периметр ипподрома наподобие цепных псов, оставалось лишь скрежетать зубами.

 

 

К слову, охраной достопримечательности Джераше снабжены как следует: двойной забор, щедро снабжённый колючей проволокой, надёжно защищает зону раскопок от прохода безбилетников. Более того, те, кто заплатил за вход, получают квиток из двух частей: одну изымают непосредственно у Южных ворот, вторую требуется носить с собой на случай внезапной проверки. Жаль только, что арабы потрудились огородить античные руины забором, но не позаботились оформить местность информационными стендами или хотя бы пояснительными табличками, где излагалась бы история Джераша и описывались самые важные объекты. Думаю, ответственные лица так поступили не случайно: всё сделано, чтобы туристам приходилось нанять гида. За время экскурсии по Джерашу мы несколько раз сталкивались с назойливыми «помогальниками», собиравшимися навязать нам свои услуги. Так впервые проявило себя расхваленное иорданское гостеприимство: так сказать, «Вэлком ту Джордан!»

 

Ещё одной помехой для осмотра античных развалин являлись бесчисленные попрошайки шнырявшие по округе. Это с туристов дерут три шкуры – цены на билеты почти во все места, что нужно посмотреть в Иордании для иностранцев выставляются совсем другие, нежели для местных, – а своих пропускают, особенно если те идут на промысел, просто так. До поры до времени мы старались не посылать приставал впрямую, помня про «твой жребий - бремя белых», однако потом выбрали иную линию поведения. И вот очередной чумазый отпрыск, прибывший по нашу душу, получил такой поворот от ворот, что любо дорого поглядеть: стоило ему протянуть ручонку и потребовать «мани», как мы тоже простёрли длани, рявкнув: «Бакшиш». Чудо природы было настолько шокировано, что отвалило молча и сразу. Уже скрываясь за поворотом дороги, мы заметили, как подельники мальчугана сгрудились в кучу и недоумённо обсуждают его конфуз. Впоследствии мы неоднократно повторяли изобретённый фокус, и каждый раз добивались успеха: программа «попрошайничество» у арабов слетала моментально, как если бы в древней перфокарте кто-то сделал лишнюю дырку. Они ведь ведут «бизнес» так: сразу начинают требовать, и пока иноземец униженно отпирается, напирают всё активнее, а если процесс стопорится, то в ход идёт байка про «пятерых детей», впервые поданная нам на экскурсии по Баальбеку, и пристыженный заморский богач, пред внутренним взором которого предстают несчастные, измождённые ребятишки, вытаскивает деньги. Твёрдый отказ, увы, не всегда помогает, и чтобы отделаться от попрошаек на Ближнем Востоке, я попросту рекомендую сразу сбивать их с привычной колеи…

 

Действенность новой тактики нам довелось испытать очень скоро, когда впереди показались колонны, ранее украшавшие храм Зевса. Около них болтались вперемешку приставалы и полицейские, обязанные, по крайней мере, на бумаге, туристов от этих приставал охранять. Мы, правда, успешно отбоярились и от тех, и от этих, однако шедшим следом французам не так повезло.

 

 

Ступив на установленные около двух тысяч лет назад плиты, мы думали, что нас ждёт копия афинского Акропол и приготовились испытать благоговение, но крупно ошиблись. Оказалось, храм Зевса пребывает в далёком от идеального состоянии, установленная около святилища табличка сообщала, что, мол, здание долго служило горшечной мастерской, пока окончательно не развалилось. Вопрос, какой именно народ додумался использовать ценнейший объект культурного наследия как гончарный цех, остался обойдён; текст намекал, что разорить комплекс теоретически могли какие-нибудь варвары. В конце концов, мало ли кто хозяйничал в этих местах после падения Римской империи: арабы, например, или другие арабы, и дальше ещё арабы… Короче говоря, не будем вдаваться в детали, типа много кто тут после римлян отметился…

 

Кстати, далеко не византийцы или там крестоносцы заняли руины Джераша под поселение, из-за чего нынче невозможно раскопать все погребённые в толще земли объекты: девять десятых территории античного города заняты арабскими халупами, а для туристов доступна всего лишь крохотная часть архитектурных сокровищ. С другой стороны, даже если бы удалось расселить местных жителей и открыть миру древние дома, храмы и термы, вряд ли это многих людей обрадовало. Действительно, экскурсия в Помпеи или Геркуланум приносит массу удовольствия, в том числе и потому, что там всё обустроено, организовано и продумано. Здесь же ситуация иная: транспорт в Иордании ходит не бог весть как, и пусть мы сумели добраться из Аммана до Джераша, не факт, что рядовому путешественнику это легко удастся. Далее, кто-нибудь встречал в Помпеях попрошаек и приставал? Нет? А тут их навалом. Вот и входят впечатления от потенциально интересного объекта напрочь испорченными…

 

В общем. Рекомендую оставить надежду, что развалины древних городов Ближнего Востока заставят ваш организм проникнуться духом времени и при их созерцании снизойдёт благодать. Фиг! Снизойдут к вам разве что иорданцы и повеет от них запахом курева. «Вэлком ту Джордан!»

 

Под конец экскурсии по Джерашу мы навестили крохотный Археологический музей, состоящий из одного зала. Он был, что удивительно для здешних мест, бесплатным для всех,  за исключением фотографов. Кроме шуток, при входе красовалась надпись: «No photographers, please», то есть тех, кто не сумеет доказать, что съёмкой они занимаются на любительской основе, внутрь не пустят.

 

 

Осмотрев колоннады, храмы и прочие достопримечательности Джераша, мы решили расширить знакомство с историей и культурой Иордании и добраться до замка Аджлун, расположенного примерно в двадцати километрах к западу. Образец арабской военной архитектуры, как охарактеризовал его путеводитель, никак не мог стоять рядом с Крак-де-Шевалье, который нам довелось видеть несколькими днями ранее, но тем интереснее было сравнить две ближневосточных твердыни. Соответственно, мы отправились искать, где находится автобусный вокзал Джераша. Вроде как дело нехитрое, знай сверяйся с картой и держи курс на главную мечеть городка, от чьих стен якобы отправляется весь транспорт. Проблема состояла в том, что на указанной территории автостанцией и не пахло. Полагая, что уж кто-кто, а полицейские должны знать родные места как свои пять волосатых пальцев, мы поинтересовались, как добраться в Аджлун на ближайшем посту сил правопорядка. Наше появление вызвало отнюдь не ту реакцию, на которую делался расчёт: как пройти к «бас стейшн» никто из трёх одетых в форму арабов не знал, слово «караж» им тоже было, судя по всему, незнакомо. Малость посовещавшись, полисмены решили вызвать некоего Ахмеда, который «гаварит аглицки». Прибыв, знаток иностранных языков сразу дал нам совет взять такси, словно туристы и не догадывались о существовании данного вида транспорта. Услышав в ответ: «Миш айз такси», иорданец пожал плечами и предложил съездить в Аджлун на машине своего знакомого, тот, дескать, возьмёт по-божески. Получив заверения, что иностранцам непременно нужно добраться до Аджлуна на общественном транспорте, копы ещё немного посовещались и указали дорогу к автовокзалу, присовокупив, что идти нам придётся далеко, аж целый километр. Лишь примерно через двадцать минут похода, когда никакого места отправления автобусов из Джераша не отыскалось, мы разузнали у добросердечного прохожего, что рейсы в нужном нам направлении уходят с площади, находящейся в полусотне метров за треклятым полицейским постом  - «Вэлком ту Джордан!»

 

Отысканная, наконец, нам площадка были щедро украшена вывесками в духе «рубанок - умирающий лебедь – раскатанный машиной труп муравья – ладья викингов»; понять, куда какой транспорт идёт, не представлялось возможным. Кое-как нам всё же удалось понять, что добраться до Аджлуна можно на одном из грузившихся автобусов; «Аджлун, Аджлун», - закивал его шофёр, и мы, поверив ему, сели, точнее говоря, встали в салон битком набитой машины. Скажу сразу: надежды на честность, порядочность и хорошее отношение арабов к туристам оказались разбиты почти сразу: спустя 5 минут пробившийся к нам через толпу кондуктор потребовал 100 монет, выдал билеты и велел высаживаться. Мы, признаться, несколько поразились быстроте езды, ведь путеводитель по Иордании утверждал, что съездить из Джераша в Аджлун удастся минимум за полчаса. Оказалось, араб проявил «потрясающее дружелюбие», высадив нас около стоянки такси, то есть попросту надул. «Вэлком ту Джордан!»

 

Таксисты, естественно, обрадовались прибывшей добыче и сразу принялись делить шкуру неубитого медведя, а именно сгрудились и стали спорить, сколько с иностранцев можно содрать. «Арба динар! Хамса динар!» - ежесекундно росли ставки, и, видя такой расклад, мы оставили попытки добраться до Аджлуна. Пока я прикидывал, как поступить дальше, брат на прощанье пожелал всем присутствующим иорданцам простоять на заваленном мусором косогоре остаток жизни, не получить никогда ни единого динара и утратить возможность кормить пятерых детей, которые тогда не вырастут таксистами. Витиеватая его брань долго отдавалась эхом в окрестных холмах. «Вэлком ту Джордан!»

 

Вернувшись слегка назад, в ту сторону где расположены достопримечательности Джераша, мы заняли стратегически выгодную позицию около указателя «Амман – туда» и попытались ловить попутки. Вопреки россказням о том, что автостоп на Ближнем Востоке в порядке вещей, «потрясающе гостеприимные» иорданцы совершенно не горели желанием кого-либо подвозить; кое-кто жестами показывал, мол, того и гляди ему сворачивать направо, на отвесный косогор, или налево, в бесконечные поля, но большинство просто проезжало мимо. Наконец, наши жесты заметил водитель пригородного автобуса, согласившийся отвезти нас в Амман за 400 монет.

 

Усевшись на разодранные сиденья, мы было вздохнули с облегчением, однако радоваться было рано: как оказалось, транспорт ехал еле-еле, двигался в столицу главным образом по просёлочным дорогам, постоянно заезжал в какие-то деревушки и подбирал там пассажиров. Поскольку мы были единственными на весь салон европейцами, каждый вошедший араб обязательно пялился на нас, как на невиданное ранее диво. «Ну, - видимо думали иорданцы, - в самом деле, раз на заднем сиденье расположились ни верблюды, ни ишаки, ни бараны, ни такие же обезьяны, как мы сами, кто же там сидит?!» Один недоумок в спортивном костюме с пришитым вверх ногами лейблом аж шею свернул, таращась назад. Все эти знаки внимания нам быстро приелись, и примерно с середины пути мы на них отвечали единственно возможным образом, пуча глаза и пародируя гримасы арабов. «Вэлком ту Джордан!»

 

Надо ли сообщать, что в Амман мы вернулись сильно подавленными: нам предстояло провести в стране ещё 4 дня и совершить несколько дальних переездов, а транспорт Иордании был далеко не на высоте. Мы в этом ещё раз убедились, когда решили съездить из Аммана на Мёртвое море.

Посмотреть виды Джераша...

 

 Вернуться на главную страницу... 

Рейтинг@Mail.ru